Главная / Профессия / «Прошли времена средневековой хирургии»

«Прошли времена средневековой хирургии»

«Прошли времена средневековой хирургии»

Нынешние технологии делают колоректальную хирургию все более эффективной и все менее травматичной, позволяют пациентам быстрее возвращаться к обыкновенной жизни. И при этом, рак толстой кишки занимает второе место среди причин смерти от онкозаболеваний: больные попадают к докторам слишком поздно, а почти в 30% случаев диагноз устанавливается посмертно. Как переломить эту ситуацию, решали ведущие специалисты вселенной на международной конференции «Российская школа колоректальной хирургии».

В первые дни июня в Москве прошла XI интернациональная конференция «Российская школа колоректальной хирургии». В научном форуме, организованном Российским обществом колоректальных хирургов (РОКХ) при поддержке Сеченовского университета, зачислили участие почти полторы тысячи отечественных и зарубежных хирургов, колопроктологов, онкологов, гастроэнтерологов и врачей других специальностей.

За девять лет существования Школы, разузнать и перенять самые эффективные передовые идеи в колопроктологии смогли тысячи практических врачей. «Мы приглашаем десятки самых популярных мировых лекторов, демонстрируем "вживую" лучшие операции, подробно обсуждаем тонкости различных протоколов лечения, – рассказал председатель РОКХ, директор Клиники колопроктологии и малоинвазивной хирургии Сеченовского университета Петр Царьков. – И мы гордимся тем, что многие участники Школы смогли улучшить свою хирургическую технику и изменить протоколы лечения в своих клиниках».

Бережная хирургия

Запущенные стадии рака, рецидивы, местно-распространенные опухоли – все эти состояния, какие раньше считались неизлечимым, теперь уже не звучат для российского пациента, как приговор. Но сегодня уже недостаточно спасти существование пациента любой ценой, не мене важным становится вопрос качества этой жизни. Современные технологии, мастерящие колоректальную хирургию более эффективной, не только меньше травмируют пациента и сокращают восстановительный период, но и снижают нагрузку на доктора, рассказала зав. отделением онкологической колопроктологии Клиники колопроктологии и малоинвазивной хирургии Сеченовского университета Инна Тулина. По ее словам, наука о бережном касательстве к тканям изменила парадигму колоректальных операций – «прошли времена средневековой хирургии».

За заключительные тридцать лет хирургический инструмент прошел эволюцию от стального скальпеля до ультразвукового. А сам уменьшающий кровопотерю и термическое повреждение материалов гармонический скальпель выполняет одновременно множество функций, заменяя сразу несколько электроинструментов и сокращая время операции. «Многие пока недооценивают преимущества рослых технологий, но это как ручная и автоматическая коробка передач, – привела пример Тулина. – Сегодня наши пациенты скорее поднимаются на ноги и возвращаются к обычной жизни, а это значит, что мы можем пролечить гораздо больше нуждающихся. Преимущество рослых технологий особенно заметно в больницах, где стоит очередь из пациентов, которых надо оперировать как можно быстрей».

Нет крепких людей, есть недообследованные

Но, к сожалению, самые лучшие врачи, вооруженные самыми передовыми технологиями оказываются бессильны, если патологический процесс зашел чересчур далеко. Сегодня старая шутка о том, что нет здоровых людей – есть недообследованные, звучит совсем не  весело. «Мы не отстаем от прочих стран по самому процессу лечения, но 30% больных раком кишечника не получают специализированного лечения вообще – диагноз ставится посмертно», – рассказал Царьков.

Пуще всего сами пациенты слишком поздно обращаются за медицинской помощью. Но бывает, что и врачи пропускают рак прямой кишки, симптомы какого на определенном этапе сходны с клинической картиной геморроя. Причем, случается такое не только в нашей стране. По словам профессора хирургии медицинской школы КекаУниверситета Полуденной Калифорнии Роберта Бирта, к нему регулярно приходят пациенты с диагнозом «геморрой», который при немало пристальном обследовании  оказывается раком. А, как рассказал главный колопроктолог Краснодарского края Вадим Половинкин, у него бывальщины пациенты, у которых уже после удаления геморроидальных узлов, «буквально на два сантиметра выше» обнаруживалась злокачественная опухоль.

«Сложно принудить человека, у которого ничего не болит, пойти на колоноскопию»

Между тем, при своевременной диагностике, можно спасти утилитарны каждого больного – результат зависит только от стадии процесса, считает зав. кафедрой общей хирургии с курсом эндоскопии Первого Санкт-Петербургского  медуниверситета,  председатель Российского эндоскопического общества Михаил Королев. В отличие от иных опухолевых заболеваний, рак толстой кишки развивается из полипов, которые растут в кишечнике годами. «У нас есть большенное терапевтическое окно – 5-6 лет бессимптомного течения с момента появления опухоли, – объяснил Королев. – Потому практическая рекомендация Международной ассоциации колопроктологии – проведение скрининга. То есть, не уточнение диагноза, а обследование бессимптомных пациентов».

Разумеется, скриниг – это, скорее, социальная, чем медицинская проблема, сложно заставить человека, у которого ничего не болит, пойти на колоноскопию, признает эксперт. Но иного пути нет: при проведении скрининга, аденомы (предраковое состояние) обнаруживаются в 18 случаях из 100 – это огромная цифра. «Эндоскопия – это локомотив медицины, на какой приходится сегодня 52% всей ранней диагностики рака (легкое, кишечник и др.), – говорит эксперт. – Чувствительность иных методов скрининга крайне мала, а качественная колоноскопия позволяет обнаружить аденому размером в полмиллиметра. И удаленная эндоскопически на ранней стадии опухоль не спрашивает больше никакого лечения».

По словам Королева, в России на каждую проведенную колоноскопию приходится 8 гастроскопий, в то пора, как в во всем мире это соотношение составляет 1:1. При этом, во многих регионах страны есть все необходимое для скрининговой колоноскопии – аппаратура, специалисты и, разумеется, пациенты групп риска, ежегодное обследование которых лучше начинать уже с 40 лет. Не хватает «приказа, без какого никто ничего делать не будет». «У нас в России принято соображать на троих, — пошутил эксперт. – Подавайте уже соберемся втроем – онколог, колопроктолог и эндоскопист – и  сообразим, как внедрить в стране этот скрининг».

«Сделайся лучшей версией себя!»

Для участников конференции были организованы прямые трансляции операций, интенсивные курсы лекций «за пределами базовых знаний» и мастер-классы от 29 российских и 26 зарубежных экспертов. Но еще 20-30 лет тому назад, когда проходило становление старшего поколения хирургов, таких возможностей не было. Как признался в ходе TED-like session профессор Царьков, в его жизни был момент, когда он пытался опровергнуть Сократа, заявив товарищам на своем 33-м дне рождения, что для него нет ни  одного секрета в хирургии рака прямой кишки.

«Я был уверен, что ведаю все, и в таком блаженно-расслабленном состоянии находился лет пять, совершенно не стараясь развиваться, – рассказал профессор. – И так продолжалось до того момента, когда судьбина забросила меня в Нижний Новгород на небольшую конференцию, посвященную реабилитации колостомированных больных. Одна из компаний привезла туда незнакомого мне тогда основного редактора журнала Diseases of the Colon and Rectum. Я тогда считал, что мы достигаем прекрасных результатов – всего 15% здешних рецидивов, но его они не впечатлили, он рассказал, что существует методика тотальной мезоректумэктомии, позволяющая снизить этот показатель до 5%».

Вернувшись к своей труду будущий профессор перелопатил всю доступную научную литературу, но не нашел выхода на этот метод, и надолго потерял покой. Лишь несколько лет спустя на гастроэнтерологическом конгрессе в Страсбурге он сделался свидетелем жаркого столкновения двух точек зрения, одну из которых отстаивал основатель революционного метода британец Билл Хилд. «Результаты были столь невероятными, что я был уверен в том, что он специально отбирает больных, потому, что повторить эти итоги мне не удавалось, как я не старался, – продолжил рассказ Царьков. – А еще через некоторое время я попал на сеанс живой хирургии Хилда, и наконец, увидал, как он это делает. Вернувшись домой, я снова пытался повторить его результат, и после многократных попыток смог это сделать. Из этой истории я выплеснул два вывода: конечно, Сократ прав, но если проявлять любопытство и высовывать нос из своей норы, то можно узнать вяще других, а упорный труд и многократные попытки помогут привести к успеху».

На этот раз в счастливом расположении духа хирург пробыл итого 6 месяцев – до следующей конференции, на которой японские специалисты показали потрясший его метод латеральной лимфодиссекции. Он вернулся в свою операционную, и начинов попытки повторить эту идеальную операцию, и опять ничего не получалось. Сам он тогда никак не мог поехать в Японию, чтобы завладеть этой операцией, но смог пригласить японских хирургов к себе. Они приехали в Москву в мае 2000 года и показали, как же они это мастерят.

Затем были и другие мастер-классы. К счастью, в медицинском мире не много людей, которые отказываются идти на контакт и делиться своими знаниями, сообщает Царьков. А в 2009 году, когда в Москву приехал основатель современного метода лечения рака прямой кишки Билл Хилд, посмотреть на его операцию вживую скопилось две тысячи любопытных (на тот момент видеозаписей идеальных операций еще не существовало). Тогда и появился  проект «Российская школа колоректальной хирургии», давший российским докторам возможность напрямую перенимать лучший мировой опыт. Чтобы каждый из них, по словам Царькова, мог «стать лучшей версией себя».

Ключ

Смотрите также

Андрей Петрович в проекте Merz Aesthetics

«Когда оглядываешься назад – линия простой и короткий, когда идёшь вперёд – сложный. Все зависит …